21 марта 1974 года почил о Господе схиархимандрит Андроник (Лукаш), старец Глинской пустыни, молитвенник и духовник. В церковном календаре на этот день приходится память старца, причисленного к лику преподобных. Рассмотрим подробнее его житие.
Будущий святой родился 12 февраля 1888 года в Полтавской губернии в крестьянской многодетной семье. При Крещении младенца нарекли Алексеем в честь святого Алексия, человека Божия. Его мать была глубоко набожной и смиренной и привила сыну любовь к молитве. Сам мальчик отличался кротостью и спокойным нравом. Глава же семьи был жестким человеком. В семь лет Алексея отдали в сельскую церковно-приходскую школу. Мальчик боялся гнева отца и учился хорошо, хотя учение давалось ему с трудом. После окончания школы он стал работать кучером.
Находясь в миру, Алексей все больше понимал, что желает связать свою жизнь со служением Богу в ангельском чине. Встречались ему странники, которые рассказывали о Глинской пустыни со строгим афонским уставом и других святых обителях. Получив паспорт, он пришел к матери и испросил ее благословения на уход в монастырь. «Я буду вечным вашим молитвенником… Дайте мне свое благословение», – сказал он. Отец при этом не присутствовал. Мать, опасаясь гнева главы семьи, тем не менее благословила его, сняла с себя крест и одела на сына. Алексей поспешно вышел из дома и на поезде добрался до Глинской пустыни. Было ему на тот момент восемнадцать лет.
Привели Алексея к наместнику пустыни, который было пытался отговорить юношу от вступления на стезю монашескую, испытывая его. Но будущий старец обещал терпеть все тяготы. Позднее он вспоминал о своем приходе в монастырь: «Овеяло меня великой радостью, дух мой встревожился, и умом я с воздыханиями обратился к Царице Небесной, прося принять меня в число равноангельных иноков, которое Она стяжала к непрестанному славословию Сына Своего. Дал Матери Божией таинственное обещание служить Ей, все переносить, терпеть до конца своих дней, после чего ощутил радость на сердце и надежду на Ее милосердие».
Алексею поручили первые послушания – в монастырской гостинице и прачечной, на которых он неустанно и смиренно трудился. Посетили его тогда и родители. Мать, увидев сына, заплакала от радости. Суровый отец, упрекавший мать за то, что отпустила его, наконец, смирился и тоже дал свое благословение.
Через недолгое время послушника Алексия постригли в рясофор и перевели в монастырский скит на послушание келаря, где он пробыл три года. Жизнь там была строгая, женщины на территорию не допускались (в Глинской пустыни они допускались только в храмы). Скитский устав был одобрен святителем Феофаном Затворником. Главнейшим пунктом устава было «преуспеяние во внутренней жизни». Рядом с иноком Алексием жил аскет, проводивший ночи напролет в молитвах и земных поклонах. Такое соседство взогревало в молодом человеке сугубую ревность по Богу.
Через три года строгой иноческой жизни молодого подвижника забрали на военную службу в Польшу. Отбыв положенный срок, он вернулся в родную обитель. Но началась Первая мировая война, и он был мобилизован. Вскоре после начала войны он попал в австрийский плен, в котором провел несколько лет. Пребывание в плену было тяжелым: узников практически не кормили, им давали изнурительные работы, и многие из них умирали. Конвоиры, увидев трудолюбие инока и его отказ от табака, стали давать ему дополнительную порцию хлеба. Даже в таких трудных обстоятельствах будущий старец оставался мирным, принимая всё как от руки Божией.
Наконец, он был освобожден, возвратился в обитель и был поставлен на новые послушания, которые усердно исполнял. Одно из них было на мельнице, где проявилось милосердие будущего старца: он щедро одаривал мукой измученных войной людей. В 1921 году он принял монашеский постриг с именем Андроник в честь апостола от семидесяти.
Через год монастырь был советской властью закрыт и разграблен. Какое-то время монах Андроник продолжал трудиться на мельнице, тайно совершая свой монашеский подвиг: много молился по ночам, спал на жестком ложе, был воздержан во всем, вставал очень рано. В 1925 году он становится келейником епископа Павлина (Крошечкина), будущего священномученика. Они приезжают в Курск, где епископ Павлин рукополагает его во иеродиакона и в иеромонаха. В 1929 году отец Андроник заболел и принял великую схиму.
Вскоре иеросхимонаха Андроника арестовали за «антисовестскую агитацию». На допросах он отвечал: «К советской власти я отношусь как к власти, посланной Богом. То, что было написано в Священном Писании, то сбылось. Было написано, что наступит время антихристово, когда Церковь будет поругана, то сбылось. Никакой антисоветской агитации я не вел и не веду. Группирования вокруг меня церковников нет. Больше добавить ничего не могу». Его осудили на пять лет пребывания в Сиблаге. В лагере он служил тюремным санитаром, с любовью ухаживая за больными. В 1935 году отец Андроник «из-за отсутствия вины» был освобожден и вернулся к епископу Павлину. Но в конце того же года арестовали самого епископа, также сослали в Сиблаг и через два года расстреляли.
«Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня» (Мф. 5: 11), – говорится в Евангелии. Начались скитания иеромонаха Андроника, так как советская власть не разрешала ему оставаться на одном месте. В конце концов он оказался в Перми, где собратья по служению его прописали и устроили сторожем храма. Там он активно участвовал в созидании церковной жизни, за что летом 1939 года был вновь арестован вместе с другими верующими. Одному из них он говорил: «Не смущайся, раб Божий, все надо терпеть, все искушения и огорчения, только не надо духом падать».
До отправки в лагерь держали священника в Пермской тюрьме, где он претерпел издевательства и побои. Однажды следователь сорвал с него материнский крест и бросил его в печь. «Что ты делаешь? Меня крестили, мне дала мать крестик, а ты срываешь», – сказал с горечью отец Андроник. В мае 1940 года после долгих мучительных допросов он был осужден на пять лет и отправлен в лагерь производственного назначения на Колыму. Конец этапа проходил по Охотскому морю. Поэт А. Солодовников, также сосланный на Колыму, написал стихотворение под названием «Старец Андроник», где есть такие строки:
И тесен, и темен, и сыр, и угрюм,
И полон молчания трюм.
Но вдруг от одной поразительной вести
Народ встрепенулся и шепот возник –
В углу, на корме, раздает свои вещи –
Одежду и обувь – какой-то старик.
Какой-то старик! Неизвестный, безликий!
О, как уместился он в этих словах!
Простец добродушный и старец великий,
Среди суетливых воров – схимонах.
Даже на корме парохода, в тяжелых условиях (осужденных не выпускали на свежий воздух), старец продолжал служить ближним.
Нахождение в лагере было сильнейшим испытанием для всех узников, включая отца Андроника. Люди содержались в нечеловеческих условиях, жили в сырых бараках, работая на износ. Среди заключенных были и другие священнослужители, которым изредка удавалось отслужить Литургию и сохранить Святые Дары под видом сухариков. Отец Андроник носил их втайне на груди. Однажды надзиратель в озлоблении вознамерился его убить. Старец быстро Дары потребил. Надзиратель удивился этому и направил револьвер на старца. Случилась осечка. По милости Божией отец Андроник остался в живых.В лагере старец нередко исповедовал. Епитрахилью ему служило полотенце, на котором углем был начертан крест. Свой личный крест скорбей он нес беззлобно и терпеливо. Позднее, в беседе с одним юношей, утешая его, он привел в пример трудности, которые ему довелось испытать: «Ну что ты разнюнился, чадо! Ну, большое ли дело – милиция продержала тебя две недели в клоповнике: меня больше держали, и то я не обижаюсь. В 1915 году три с половиной года в плену у австрийцев – раз, в 1923 году большевики сослали меня на пять лет, да, на пять годков, а за что?! Пришла ко мне раз прихожанка, плачет, что все церкви закрыты, колокола перестали звонить, и я ее утешил: «Бог даст – и зазвонят». Кто-то услышал и донес. Это – два! В 1939 году опять был осужден и сослан в лагерь на Колыму. Страшное дело: полярный холод, голод и тяжкие работы. Смерть нас так и косила. И был я там почти 10 лет. Это – три!»
Когда лагерный срок истек, по закону того времени вернуться в монастырь старцу было невозможно. И взял его к себе в дом помощником лагерный начальник, который проникся старческой добротой и трудолюбием. Отец Андроник помогал его семье по хозяйству, отказавшись от комнаты в доме, устроившись в сарае рядом с домашними животными. Когда он повесил у себя маленькую иконку Воскресения Христова, начальник воспротивился этому, на что старец сказал: «Не нравится – уйду в лагерь». И тот отступил. В 1944 году начальника перевели в Новосибирск. С его семьей поехал и старец.
Когда в конце Великой Отечественной войны наступила некоторая оттепель в отношении Церкви, открылась вновь и Глинская пустынь. Об этом в 1948 году старец узнал от местных монахинь. Он стал просить отпустить его. Начальник не хотел, упрашивал его остаться, обещал досмотреть его в старости и похоронить. Но все было тщетно. Наконец, ему дали денег на дорогу, и он отправился обратно в родную обитель.
Вернувшись в Глинскую пустынь, иеросхимонах Андроник стал там благочинным, ризничим и духовником. Окормлялась у него не только братия, но и паломники. Умел он организовать на общие послушания приезжающих в обитель, первым брал в руку предметы труда, показывая тем самым пример другим. Был он сострадательным, отличался кротостью и глубоким смирением. По праздникам после трапезы старец не шел отдыхать, как другие, но читал Евангелие. Исправно исполнял он пятисотницу, клал множество поклонов, непрестанно тянул четки, молясь за других. Будучи ризничим, следил за убранством алтаря и облачениями, аккуратно совершая это послушание.
Жизнь в обители была подвижнической. Настоятелем в то время был преподобный Серафим (Амелин), возродивший там старчество. На фоне других степенных монастырских старцев отец Андроник был иным – бодрым и деятельным. «Маленький, очень живой, быстрый. Он не ходил, а всегда бегал», – так говорили о нем паломники. В его характеристике тех лет значилось: «Отец Андроник отличается особым смирением, кротостью и трудолюбием, послушлив, любвеобилен». В 1955 году он был возведен в сан схиигумена.
Служение отца Андроника сопровождалось чудесами и исцелениями. Так, по его молитвам, находясь при смерти, исцелился послушник Глинской пустыни Сергий Халин (будущий афонский архимандрит Ипполит, старец Рыльского монастыря). Обладал старец Андроник даром прозорливости и духовного рассуждения, изгонял бесов из болящих. По свидетельству иеромонаха, знавшего его лично, «душа отца Андроника, очищенная многими скорбями, была преисполнена благодатных даров Святого Духа, и батюшка имел от Бога дар видения внутреннего состояния человека и знал, каким путем вести каждую душу ко спасению». Принимал старец приходящих к нему с любовью и лаской. Наставлял краткими фразами: «Знай себя, и будет с тебя»; «возлюби труд, и скоро пошлется тебе спокойствие от Бога»; «сон моея лености ходатайствует души моей муку»; «что в юности посеешь, то в старости пожнешь»; «живи ниже травы и тише воды – и спасешься!»
Еще говорил: «Принимайте скорби как от руки Божией; кого Бог любит, того и наказует». «Люби смирение. Оно покроет тебя от грехов. Будь готов отвечать «прости меня» на всякое слово, которое услышишь, потому что смирение разрушает все козни врага». «Каждый час следует нам бодрствовать и пребывать в молитве, ибо Господь сказал своим ученикам: бдите и молитесь. Непрестанно молитесь. Следует постоянно ожидать и помышлять о часе смертном, боясь огня вечного. Пусть не страшит мысль о трудностях и тяжести жизни в мирских условиях, ибо путем многих скорбей можно войти в Царство Небесное. Не место освящает человека, а человек место». «Разумно проводите жизнь свою, живите чисто, кайтесь, молитесь, чтобы не постигла вас внезапная смерть и страшный гнев Божий. Многие легли спать и не встали, так и мы ложимся и не знаем, встанем ли утром. Не уклоняйтесь от исполнения правила молитвенного».
Недолго длилось русское религиозное возрождение, и с середины 1950-х годов вновь начались гонения на Церковь. Антирелигиозная кампания коснулась и Глинской пустыни. Старца Андроника властью было решено «скомпрометировать и удалить». В июле 1961 года всех монахов пустыни на грузовиках вывезли на ближайшую железнодорожную станцию. Верующие собрали денег для нестяжательного старца, и он отправился в дальнюю дорогу сначала в Армению, а через шесть месяцев – в Грузию. Поселился отец Андроник в Тбилиси в домике митрополита Зиновия (Мажуги), бывшего насельника Глинской пустыни. Там он продолжил принимать народ в маленькой часовне при храме святого благоверного князя Александра Невского.
В Тбилиси старца посещал архимандрит Рафаил (Карелин), оставивший такие воспоминания о нем: «С именем Иисуса Христа он пережил голод, болезни, ужасы застенков и лагерей, где только чудо Божие спасло его от неминуемой смерти… Что бросалось в глаза при встрече с отцом Андроником? Это радость, которая светилась во всем его облике. Старец всегда был бодр. Мирские люди сказали бы, что он жизнерадостен, но это была другая радость – утешение благодатью; молитва, как звезда, сияла в его сердце, и ее лучи озаряли его лицо. Он написал слова Иисусовой молитвы на стене келии как завещание своим духовным детям, как урок своим посетителям; точно богач, он открыл свою сокровищницу, чтобы показать драгоценности друзьям и гостям. А еще раньше он написал имя Иисуса Христа в своем сердце. Отец Андроник излучал неизъяснимую радость, потому что в сердце его всегда была молитва, и хотел, чтобы все люди стали участниками этой радости, чтобы они пили живую воду молитвы из источника бессмертия, который открывается в сердце человека особенно после Причастия, а не мертвые воды этого мира, которые приносят душе смятение и печаль».
Действительно, был старец Андроник большим молитвенником. Как вспоминала его духовная дочь, «как иные бывают жадные до денег, так батюшка был жадный до молитвы». С митрополитом Зиновием у них были отношения сердечные, служившие примером для других. Как говорили об этом знавшие старцев лично, «владыка и старец как два послушника. Слушали друг друга, любили друг друга. Любо-дорого было смотреть». В 1963 году митрополит Зиновий возвел старца в сан схиархимандрита.
Приближалась земная кончина старца Андроника. В день памяти Архистратига Божия Михаила в 1973 году он отслужил свою последнюю службу. После этого у него случился инсульт, его частично парализовало, начало ухудшаться зрение. Несколько месяцев старец находился на одре болезни. 21 марта 1974 он тихо и мирно предал свой дух Богу. Отпевание старца Андроника по монашескому чину совершил митрополит 3иновий. Похоронили усопшего на одном из кладбищ в Тбилиси. По воспоминаниям присутствующих на погребении, Грузинский Патриарх Давид обратился к усопшему: «Отец Андроник! Христос Воскресе! Мы знаем, что ты теперь в Царстве Небесном. Что отличало тебя в этой жизни? Ты не имел врагов, и потому все любили тебя. Ко всем открыто было твое любящее сердце. Молись за нас, чтобы и нам разделить радость твоего блаженства». В 2010 году схиархимандрит Андроник (Лукаш) был прославлен в лике преподобных вместе с другими старцами Глинской пустыни.
Источник: сайт Сретенского монастыря